В Прикамье сложилась удивительная ситуация, которая еще лет десять назад показалась бы фантастикой — мест в колониях стало больше, чем желающих их занять. Исправительные учреждения региона стремительно пустеют, и эта тенденция уже привела к закрытию двух из них только за прошедший год.
На заседании краевого парламента глава регионального ГУФСИН Леонид Мустайкин озвучил цифры, которые заставляют задуматься. Сегодня исправительные учреждения и следственные изоляторы Прикамья заполнены лишь на 65 процентов от своей проектной мощности. Это значит, что почти каждое третье место в тюрьмах и колониях края пустует.
Ситуация настолько серьезна, что в 2025 году регион покинули два исправительных учреждения. Речь идет об исправительной колонии № 18, которая располагалась в кунгурском поселке Дальний, и об ИК-38 в Березниках. Обе колонии прекратили свое существование — их попросту ликвидировали за ненадобностью. Еще одна колония — № 12, находящаяся неподалеку от поселка Широковского в Губахинском округе, — поменяла свой статус и была перепрофилирована в колонию-поселение.
Мустайкин подчеркнул, что Пермский край в этом вопросе оказался в общероссийском тренде. Сокращение числа осужденных сегодня наблюдается по всей стране, и причины этого явления куда глубже, чем может показаться на первый взгляд .
Если посмотреть на ситуацию в целом по России, становится понятно, что мы имеем дело с системными изменениями в уголовно-исполнительной политике государства. На встрече с президентом директор ФСИН России Аркадий Гостев прямо назвал главную причину — гуманизацию уголовной политики . Власти сознательно взяли курс на то, чтобы люди, оступившиеся впервые и не совершившие тяжких преступлений, не смешивались с теми, для кого тюрьма стала вторым домом.
Огромную роль в этом процессе играет развитие института пробации. В 2025 году в полную силу заработал закон, который помогает осужденным возвращаться к нормальной жизни буквально с первого дня заключения. Им помогают с получением медицинских услуг, готовят к освобождению, поддерживают психологически . Но главное — появилась реальная альтернатива тюремному заключению.
Речь идет об исправительных центрах, где отбывают наказание те, кто приговорен к принудительным работам. В Пермском крае такие центры сегодня могут принять до 1117 человек. По всей России создано уже 400 подобных учреждений, где трудятся более 30 тысяч осужденных . Что принципиально важно — это не тюрьма в привычном понимании. Люди живут в общежитиях, могут пользоваться мобильными телефонами, сами добираются до работы, получают зарплату. Из их заработка удерживается от пяти до двадцати процентов в доход государства, а оставшиеся деньги идут на возмещение ущерба потерпевшим и на жизнь .
Летом 2025 года президент подписал закон, который сделал принудительные работы самостоятельным видом наказания, а не просто заменой тюремному сроку. Теперь суды могут назначать их напрямую за преступления небольшой и средней тяжести, а также за некоторые тяжкие преступления, если человек осужден впервые .
Еще один важный момент — трудоустройство тех, кто все-таки оказался в колониях. Сегодня в России работают более 91 процента осужденных . И это не просто галочка для отчетности. В 2024 году заключенные произвели продукции на 47 миллиардов рублей. Шьют форму для МВД, Росгвардии, МЧС, судебных приставов и налоговой службы. То есть даже находясь в местах лишения свободы, люди приносят пользу обществу и зарабатывают деньги, часть которых идет на погашение исков .
Особенно радует статистика по подростковой преступности. В Пермском крае количество несовершеннолетних, попавших в поле зрения уголовно-исполнительных инспекций, сократилось за год на 20 процентов — с 239 до 192 человек. В целом по России картина еще более впечатляющая: если еще сравнительно недавно в воспитательных колониях содержалось более десяти тысяч подростков, то сегодня их меньше тысячи. Количество убийств, совершаемых несовершеннолетними, снизилось с пятисот до сорока за полугодие . Правозащитники называют это результатом выверенной и очень правильной уголовной политики по отношению к подросткам.
Конечно, закрытие колоний — процесс болезненный. Это и рабочие места для вольнонаемных сотрудников, и целая инфраструктура, которая строилась десятилетиями. Но если смотреть на ситуацию шире, то пустеющие тюрьмы — это, пожалуй, лучший показатель того, что общество становится здоровее. Ведь ни одна страна в мире не гордится количеством своих заключенных. Гордятся как раз обратным — умением исправлять людей, не ломая им жизнь, и предотвращать преступления, а не просто карать за них.
Власти обещают, что процесс сокращения тюремного населения продолжится. По прогнозам Минюста, к 2030 году численность заключенных в России может снизиться до 250-300 тысяч человек . А значит, вполне вероятно, что вслед за ИК-18 и ИК-38 закроются или поменяют свой профиль и другие колонии Прикамья. И это, как ни странно, хорошая новость.
