Внезапное заявление Дональда Трампа, сделанное им на его собственной платформе Truth Social, всколыхнуло политические и финансовые круги по обе стороны Атлантики. Американский лидер сообщил о запуске того, что он сам охарактеризовал как «самую сокрушительную экономическую операцию» в новейшей истории, направленную исключительно против Исламской Республики Иран. По его словам, Тегеран упустил уникальный шанс на диалог, который предлагала его администрация, и теперь Вашингтон переходит к решительным мерам беспрецедентного масштаба.
В своем послании президент США подчеркнул, что предложенные им ранее условия были максимально выгодными для иранской стороны, однако отсутствие конструктивного ответа вынуждает Белый дом действовать иначе. Трамп не вдавался в технические детали готовящихся ограничений, ограничившись жестким предупреждением в адрес всех государств, которые продолжают поддерживать экономические или военные связи с Тегераном. Он призвал союзников Вашингтона сплотиться вокруг этой инициативы, намекнув, что уклонение от участия может повлечь за собой вторичные санкционные риски для самих партнеров.
Этому драматическому повороту предшествовала сложная дипломатическая история. Еще в середине июня между сторонами при посредничестве одной из стран Персидского залива был подписан меморандум о взаимопонимании, который должен был стать дорожной картой к долгожданному мирному соглашению. Однако хрупкий процесс продлился менее месяца. Уже в июле Вашингтон выступил с официальным обвинением в адрес Корпуса стражей исламской революции, приписав им серию атак на коммерческие суда в стратегически важном Ормузском проливе. Эти обвинения мгновенно разрушили наметившееся перемирие и спровоцировали новый виток противостояния, ознаменовавшийся возобновлением ракетных ударов по объектам сторон.
Последние несколько недель прошли в лихорадочных попытках региональных посредников, представляющих арабские монархии, остановить сползание в открытую фазу конфликта. Дипломаты предлагали компромиссные варианты новой сделки, которая бы учитывала требования Америки по ядерной программе и ракетному потенциалу Ирана, однако переговорный процесс зашел в тупик. Эксперты связывают провал переговоров с ужесточением позиции Тегерана на фоне внутренних экономических трудностей и внешнего давления.
Нынешний ультиматум Трампа, по оценке аналитиков, может стать поворотным моментом не только для двусторонних отношений, но и для всей логистики мировых энергетических рынков, учитывая роль Ирана в поставках углеводородов. Официальный Тегеран пока воздерживается от развернутых комментариев, однако иранские государственные СМИ уже назвали заявление американского президента психологической войной. В то время как детали операции остаются засекреченными, мировые биржи реагируют ростом волатильности, а европейские партнеры США выражают настороженность, опасаясь повторения сценария жесткого экономического удушения, который уже применялся против других стран ближневосточного региона.
